Известный венгерский экономист Янош Корнаи ввел в научный оборот ключевую для его концепции экономики социализма категорию – «мягкие бюджетные ограничения» (МБО). С ее помощью Корнаи убедительно объяснил природу неэффективности и хронического дефицита социалистической экономики, логически вытекающих из МБО.
Мягкие бюджетные ограничения – это возможность для руководителей политически важных заводов и фабрик и даже целых отраслей на протяжении длительного времени принимать решения, связанные с высокими рисками неплатежеспособности, заранее зная (или ожидая), что в такой ситуации им будет оказана финансовая помощь, о которой не было заявлено заранее. В том числе предприятия в конечном итоге смогут финансировать свои убытки за счет других экономических агентов (государства, потребителей, поставщиков, банков или работников).
МБО возникает, когда кредиторы или государство не могут гарантировать, что не будут помогать убыточным организациям ex post.
В отличие от жесткого ограничения при МБО хронические убытки не ведут к закрытию, банкротству или смене собственника; вместо этого происходят докапитализация, субсидирование, списание долгов, налоговые послабления.
Основные причины терпимости к МБО в экономике:
• политическая значимость: предприятие или регион слишком важны по занятости, социальной стабильности, безопасности, поэтому власти не могут допустить его краха;
• системная значимость: банки или крупные корпорации, попадающие в категорию «too big to fail», рассчитывают на спасение ради предотвращения системного кризиса;
• структура собственности и контроля: госпредприятия, муниципальные компании, государственные банки особенно подвержены МБО, так как государство и собственник, и «страховщик последней инстанции».
МБО порождают у менеджмента иждивенческие настроения, отсутствие фокуса на повышение производительности и эффективности, снижение издержек и оптимальную занятость.
Для корпораций под зонтиком МБО характерно низкое качество отбора инвестпроектов: реализуются капвложения, которые были бы отвергнуты при жестком бюджетном ограничении, что ведет к снижению средней эффективности капитала.
Яркая иллюстрация этого в наших сегодняшних условиях – покупка ОАО «РЖД» двух башен Moscow Towers за 193 млрд руб. в Москва-Сити при колоссальной текущей убыточности в деятельности (к концу 2025 года совокупный долг «РЖД» оценивался в сумму порядка 4 трлн руб., чистый – 3,3 трлн руб.). Правительство сегодня стало продавливать продажу части активов монополиста, включая Moscow Towers, чтобы снизить долговую нагрузку. После этого «РЖД» выставило на продажу здание Рижского вокзала.
МБО ведет к запаздыванию в реструктуризации бизнеса, которая отодвигается, банкротство откладывается, а неэффективные фирмы продолжают существовать за счет кредитов и субсидий.
На уровне экономики в целом МБО приводят:
• к хроническому бюджетному дефициту и росту государственного долга, так как субсидии и спасательные операции финансируются из бюджета (или через квазифискальные каналы – госбанки, ЦБ);
• перекосу структуры экономики: сохранению избыточной занятости, неэффективных отраслей и предприятий, что тормозит рост производительности и инновации;
• финансовым пузырям и искаженным ценовым сигналам, поскольку риски частично «социализируются» и плохо отражаются в ставках и спредах.
Политэкономические модели показывают, что МБО может быть финансово и политически выгодным инструментом перераспределения ресурсов в пользу определенных групп интересов, поскольку невыполнение угрозы не спасать превращается в устойчивую, ожидаемую практику трансфертов.
Несмотря на удивительные манипуляции руководства «РЖД» с куплей/продажей башен, глава компании Олег Белозеров был недавно переназначен на свою должность на следующие пять лет. Грузовые железнодорожные тарифы в 2026 году вырастут на 10,4%, в плацкарте – на 11,4%. ФАС с 1 марта ввела еще и надбавку в 1% к грузовым железнодорожным тарифам для финансирования транспортной безопасности.
Разумеется, это поможет естественной монополии улучшить финансовые показатели. Правда, при текущем менеджменте вряд ли надолго.
Советская экономика рухнула из-за повсеместных дефицитов и МБО. Те, прежние руководители крупнейших советских предприятий были самыми большими патриотами СССР. Имели высокий государственный статус депутатов и членов ЦК. Что как бы сообщало обществу информацию об их невероятной примерной гражданской ответственности. И что? Не помогло. Разлетелась советская экономика дефицита и деревянного рубля, как тополиный пух в июне. Потому что из-за принадлежности каждого из директоров советских гигантов к той или иной группе влияния такой директор оставался на своем месте, как бы ни были плачевны результаты его текущей работы.
После 2020 года доля атомной генерации в электробалансе страны топчется на месте. Владимир Путин назвал на одном из заседаний цифру 18,5%. То есть это меньше, чем шесть лет назад! Доля Росатома не растет уже шесть лет!
Но и тут генменеджер Алексей Лихачев выглядит фигурой непотопляемой и крепко встроенной в систему отношений, хотя очевидно, что корпорация нуждается в обновлении и кадров, и стратегии развития. Доля атомной генерации в энергобалансе должна расти куда более амбициозными темпами, чем заложенные в государственные цели – 23–25% к 2040–2045 годам. Это необходимо стране, чтобы не отстать в становлении нового технологического уклада и гонке ИИ.
Сегодня в России много крупных госкомпаний и монополистов, которые работают плохо, нарабатывают гигантские убытки и долги, а их менеджмент, удобный для определенных групп влияния, остается на месте. Хотя он принципиально не способен работать в конкурентной среде с фокусом на снижение издержек и повышение эффективности. Потому что функционирует в условиях МБО.
Такие госгиганты, требуя бесконечных подачек от государства, являются источником образования дыр в бюджете, которые затыкаются за счет повышения налогов и иных сборов с граждан и участников рынка, то есть за счет ухудшения делового, инвестиционного и потребительского климата.
В экономике чудес не бывает. Как бы ни были привычны, удобны и дороги кому-то менеджеры больших компаний, устойчиво генерирующих долги и убытки, правительство обязано проявлять принципиальность в оценке их деятельности. И смело идти на необходимые кадровые управленческие решения. Генерировать убытки – ума много не надо…
Янош Корнаи научно доказал, что МБО – путь на свалку тех типов экономических моделей, что годами, десятилетиями удерживают на плаву компании, которые давно нуждаются в радикальной реорганизации и перезапуске. А иногда и банкротстве.
Как бы искренне ни радели нынешние вожди экономики за благо России, они должны осознавать, что зонтик МБО по мере расширения охвата, создавая иллюзию оперативной ловкости управления процессами, стратегически ведет экономическую систему к коллапсу. Неизбежному. Раньше или позже…
